Неточные совпадения
Селифан, не видя ни зги, направил лошадей так прямо на
деревню, что
остановился только тогда, когда бричка ударилася оглоблями
в забор и когда решительно уже некуда было ехать.
Он сел и задумался. Много передумал он
в эти полтора часа, много изменилось
в его мыслях, много он принял новых решений. Наконец он
остановился на том, что сам поедет с поверенным
в деревню, но прежде выпросит согласие тетки на свадьбу, обручится с Ольгой, Ивану Герасимовичу поручит отыскать квартиру и даже займет денег… немного, чтоб свадьбу сыграть.
— Послушай, Ольга, не гляди на меня так: мне страшно! — сказал он. — Я передумал: совсем иначе надо устроить!.. — продолжал потом, постепенно понижая тон,
останавливаясь и стараясь вникнуть
в этот новый для него смысл ее глаз, губ и говорящих бровей, — я решил сам ехать
в деревню, вместе с поверенным… чтоб там… — едва слышно досказал он.
Остановившись на этом решении, он уже немного успокоился и написал
в деревню к соседу, своему поверенному, другое письмо, убедительно прося его поспешить ответом, по возможности удовлетворительным.
В отдаленье темнеют леса, сверкают пруды, желтеют
деревни; жаворонки сотнями поднимаются, поют, падают стремглав, вытянув шейки торчат на глыбочках; грачи на дороге
останавливаются, глядят на вас, приникают к земле, дают вам проехать и, подпрыгнув раза два, тяжко отлетают
в сторону; на горе, за оврагом, мужик пашет; пегий жеребенок, с куцым хвостиком и взъерошенной гривкой, бежит на неверных ножках вслед за матерью: слышится его тонкое ржанье.
Слуга (к Простакову, запыхавшись). Барин! барин! солдаты пришли,
остановились в нашей
деревне.
Мальчик вышел, весело спрыгнул с крыльца и пустился бегом, не оглядываясь, через поле
в Кистеневку. Добежав до
деревни, он
остановился у полуразвалившейся избушки, первой с края, и постучал
в окошко; окошко поднялось, и старуха показалась.
Нехлюдов встал, поздоровался с Мисси, Мишей и Остеном и
остановился, разговаривая. Мисси рассказала ему про пожар их дома
в деревне, заставивший их переезжать к тетке. Остен по этому случаю стал рассказывать смешной анекдот про пожар.
Она с ужасом отворотилась от
деревни и вошла
в сад,
остановилась, озираясь вокруг, не узнавая домов, двора.
Утром мы распрощались с Лефу и
в тот же день после полудня пришли
в деревню Дмитровку, расположенную по ту сторону Уссурийской железной дороги. Переходя через полотно дороги, Дерсу
остановился, потрогал рельсы рукой, посмотрел
в обе стороны и сказал...
В церкви толкотня и странные предпочтения, одна баба передает соседу свечку с точным поручением поставить «гостю», другая «хозяину». Вятские монахи и дьяконы постоянно пьяны во все время этой процессии. Они по дороге
останавливаются в больших
деревнях, и мужики их потчуют на убой.
В деревнях и маленьких городках у станционных смотрителей есть комната для проезжих.
В больших городах все
останавливаются в гостиницах, и у смотрителей нет ничего для проезжающих. Меня привели
в почтовую канцелярию. Станционный смотритель показал мне свою комнату;
в ней были дети и женщины, больной старик не сходил с постели, — мне решительно не было угла переодеться. Я написал письмо к жандармскому генералу и просил его отвести комнату где-нибудь, для того чтоб обогреться и высушить платье.
Нам приходилось проезжать и
останавливаться на день, на два
в деревне, где жил Андрей Степанов.
Землемер ли едет с поручением через вотскую
деревню, он непременно
в ней
останавливается, берет с телеги астролябию, вбивает шест, протягивает цепи.
Пошли мы прочь от следа, влево. Прошли шагов пятьсот, глядим — след медвежий опять перед нами. Пошли мы опять по следу, и вывел нас этот след на дорогу.
Остановились мы на дороге и стали рассматривать,
в какую сторону пошел медведь. Кое-где по дороге видно было, как всю лапу с пальцами отпечатал медведь, а кое-где — как
в лаптях мужик ступал по дороге. Видно, что пошел он к
деревне.
Привалов действительно
в это время успел познакомиться с прасолом Нагибиным, которого ему рекомендовал Василий Назарыч. С ним Привалов по первопутку исколесил почти все Зауралье, пока не
остановился на
деревне Гарчиках, где заарендовал место под мельницу, и сейчас же приступил к ее постройке, то есть сначала принялся за подготовку необходимых материалов, наем рабочих и т. д. Время незаметно катилось
в этой суете, точно Привалов хотел себя вознаградить самой усиленной работой за полгода бездействия.
Опасность налетела так быстро и так быстро пронеслась, что скитники опомнились и пришли
в себя только вечером, когда приехали
в свою раскольничью
деревню и
остановились у своих. Анфим всю дорогу оглядывался, ожидая потони, но на их счастье
в деревне не нашлось ни одной сытой лошади, чтобы догонять скитников. Михей Зотыч угнетенно молчал и заговорил только, когда улеглись спать.
Подняли у коляски фордек, и лошади побежали рысью. Мы миновали несколько
деревень, и матушка неоднократно покушалась
остановиться, чтоб переждать грозу. Но всякий раз надежда: авось пройдет! — ободряла ее. Сколько брани вылилось тут на голову тетеньки Анфисы Порфирьевны — этого ни
в сказках сказать, ни пером описать.
Дня через два после того к дому Сергея Андреича Колышкина подъехала извозчичья коляска, запряженная парой добрых коней.
В ней сидел высокий молодой человек
в новеньком с иголочки пальто и
в круглой шелковой шляпе. Если б коляска заехала
в деревню Поромову да
остановилась перед избой Трифона Лохматого, не узнать бы ему родного детища.
Всем почти югом Франции я проехал, нигде не
останавливаясь, и добрался наконец до вожделенного Альбисбрунна, где тогда царила старинная система водолечения по методу Присница, когда-то очень знаменитая. Сторонником ее был один из моих дядей —
В.
В.Боборыкин. Он и
в деревне по утрам гулял,
останавливаясь у каждого колодца или ключа, и выпивал стакан воды.
Тележка
останавливается и даже откатывается назад. Перед нами
в темноте столбы скрипучего «коловорота» у въезда
в деревню. Кто-то отодвигает его перед нами. Налево, на холмике, светит открытая дверь кабака.
В глубине видна стойка и тощая фигура шинкаря. Снаружи, на «призьбе», маячит группа мужиков…
Ночевать мы должны были
в татарской
деревне, но вечер был так хорош, что матери моей захотелось
остановиться в поле; итак, у самой околицы своротили мы немного
в сторону и расположились на крутом берегу маленькой речки.
Я не стану описывать нашей дороги: она была точно так же скучна и противна своими кормежками и ночевками, как и прежние; скажу только, что мы
останавливались на целый день
в большой
деревне Вишенки, принадлежащей той же Прасковье Ивановне Куролесовой.
Погода стояла мокрая или холодная,
останавливаться в поле было невозможно, а потому кормежки и ночевки
в чувашских, мордовских и татарских
деревнях очень нам наскучили; у татар еще было лучше, потому что у них избы были белые, то есть с трубами, а
в курных избах чуваш и мордвы кормежки были нестерпимы: мы так рано выезжали с ночевок, что
останавливались кормить лошадей именно
в то время, когда еще топились печи; надо было лежать на лавках, чтоб не задохнуться от дыму, несмотря на растворенную дверь.
— Позабыли разве?
В прошлом году из Т. мы с вами на монастырское озеро ловить рыбу ездили,
в деревне останавливались у рыбака, с ним и охотились…
В доме этого-то брата и
остановился Александр Павлович, решивший пробыть
в Т. около месяца, а затем уехать
в деревню.
Когда они приехали
в NN на выборы и Карп Кондратьевич напялил на себя с большим трудом дворянский мундир, ибо
в три года предводителя прибыло очень много, а мундир, напротив, как-то съежился, и поехал как к начальнику губернии, так и к губернскому предводителю, которого он,
в отличение от губернатора, остроумно называл «наше его превосходительство», — Марья Степановна занялась распоряжениями касательно убранства гостиной и выгрузки разного хлама, привезенного на четырех подводах из
деревни; ей помогали трое не чесанных от колыбели лакеев, одетых
в полуфраки из какой-то серой не то байки, не то сукна; дело шло горячо вперед; вдруг барыня, как бы пораженная нечаянной мыслию,
остановилась и закричала своим звучным голосом...
Однажды Петрик был один на холмике над рекой. Солнце садилось,
в воздухе стояла тишина, только мычание возвращавшегося из
деревни стада долетало сюда, смягченное расстоянием. Мальчик только что перестал играть и откинулся на траву, отдаваясь полудремотной истоме летнего вечера. Он забылся на минуту, как вдруг чьи-то легкие шаги вывели его из дремоты. Он с неудовольствием приподнялся на локоть и прислушался. Шаги
остановились у подножия холмика. Походка была ему незнакома.
Деревня эта не проезжая, а глухая, и что потому только и приезжают сюда, что здесь пароход
останавливается, и что когда пароход не приходит, потому чуть-чуть непогода, так он ни за что не придет, — то наберется народу за несколько дней, и уж тут все избы по
деревне заняты, а хозяева только того и ждут; потому за каждый предмет
в три цены берут, и хозяин здешний гордый и надменный, потому что уж очень по здешнему месту богат; у него невод один тысячу рублей стоит.
Приехали мы
в село поздно, когда там уж и спать полегли.
Остановились, как следует, у овинов, чтоб по
деревне слуху не было, и вышли из саней. Подходим к дому щелкоперовскому, а там и огня нигде нет; начали стучаться, так насилу голос из избы подали.
— Жила она у вас
в деревне, как вы на сносях были, ваше сиятельство, — медленно начала Анфиса и вдруг
остановилась…
— Еду-с… Дело наше о привилегии кончилось — значит, теперь надо
в деревню… работать… хлопотать… — отвечал князь и
остановился, как бы не договорив чего-то; но Калинович понял.
Чика, не отваживаясь на сильные нападения,
остановился в селе Чесноковке
в десяти верстах от Уфы, взбунтовал окрестные
деревни, большею частию башкирские, и отрезал город от всякого сообщения.
Но, придя на
деревню, они были поражены собранною на улице огромною толпой, окруженною пешим и конным конвоем: им
в голову не приходило, что это усмиряют бунт, они не предвидели никакого повода для бунта и потому, когда наскакавшие на них казаки
остановились, не зная, что им далее делать, то Форов с удивлением, но без всякого испуга, спросил их...
И вот ему вспоминается его хозяйственная деятельность
в деревне, и опять не на чем с радостию
остановиться в этих воспоминаниях.
— А будем постепенно подвигаться вперед. Сначала по железной дороге поедем, потом на пароход пересядем, потом на тройке поедем или опять по железной дороге. Надоест ехать,
остановимся. Провизии с собой возьмем,
в деревню этнографическую экскурсию сделаем, молока, черного хлеба купим, станем песни, былины записывать; если найдем слепенького кобзаря —
в Петербург напоказ привезем.
Поел у Гурина пресловутой утки с груздями, заболел и еду
в деревню; свой губернский город,
в котором меня так памятно секли, проезжаю мимо; не
останавливаюсь и
в уездном и являюсь к себе
в Одоленское — Ватажково тож.
Наконец, прискакал передовой с известием, что молодые
остановились в мордовской
деревне Нойкино,
в восьми верстах от Багрова, где они переоденутся, и часа через два приедут.
Офицер приложил руку к козырьку и вместе со своими спутниками медленно двинулся по шоссе к
деревне. У поворота они
остановились, долго разговаривали, поглядывая вперед, потом двинулись дальше. Иван Ильич
в колебании смотрел им вслед. Они скрылись за холмом.
Меж тем наши путешественники подъехали к
деревне,
в которой намерены были
остановиться. Крайняя изба показалась им просторнее других, и хотя хозяин объявил, что у него нет ничего продажного, и, казалось, не слишком охотно впустил их на двор, но Юрий решился у него
остановиться. Кирша взялся убрать коней, а Алексей отправился искать по другим дворам для лошадей корма, а для своего господина горшка молока,
в котором хозяин также отказал проезжим.
Тут утром и вечером по длинным
деревням,
в которых каждый двор исполнял должность постоялого, происходила одна и та же проделка: кибитка
останавливалась перед крыльцом двора, и Афанасий или Илья, отстегивая край кожи, сняв шапку, спрашивал отца: «Прикажете спросить?» «Спроси, — говорил отец, — да смотри, чтоб не было угару».
Сосипатра. Что тебе за интерес знать, кто эта дама? Мало ли их, проездом
в деревню,
останавливаются у меня.
Главный врач нанял китайца-проводника, но, по своей торгашеской привычке, не условился предварительно о цене, а просто сказал, что «моя тебе плати чен (деньги)». Китаец повел нас. Снег все падал, было холодно и мокро. Подвигались мы вперед медленно. К ночи
остановились в большой
деревне за семь верст от железной дороги.
Назавтра мы перебрались
в их
деревню, а через два дня пришел новый приказ Четыркина, — всем сняться и идти
в город Маймакай, за девяносто верст к югу. Маршрут был расписан с обычною точностью:
в первый день
остановиться там-то, — переход 18 верст, во второй день
остановиться там-то, — переход 35 верст, и т. д. Вечером 25 марта быть
в Маймакае. Как мы убедились, все это было расписано без всякого знания качества дороги, и шли мы, конечно, не руководствуясь данным маршрутом.
Какой-то встречный генерал отдал распоряжение: «Главнокомандующий приказал гнать подводы рысью. На ночевки не
останавливаться!» Но вследствие плохих мостов и тесноты происходили постоянные остановки, мы шли медленно. За день прошли всего четырнадцать верст и
остановились на ночлег
в китайской
деревне.
Мы шли, шли… Никто из встречных не знал, где
деревня Палинпу. На нашей карте ее тоже не было. Ломалась фура, мы
останавливались, стояли, потом двигались дальше.
Останавливались над провалившимся мостом, искали
в темноте проезда по льду и двигались опять. Все больше охватывала усталость, кружилась голова. Светлела
в темноте ровно-серая дорога, слева непрерывно тянулась высокая городская стена, за нею мелькали вершины деревьев, гребни изогнутых крыш, — тихие, таинственно чуждые
в своей, особой от нас жизни.
Главный врач обогнул их и
остановился на ночевку
в подгородной китайской
деревне.
— Позвольте, князь, — начала она громко и с достоинством, — вам отрекомендовать моего мужа, Афанасия Матвеича. Он нарочно приехал из
деревни, как только услышал, что вы
остановились в моем доме.
Останавливался ли
в деревне, тогда через паробка своего узнавал о ведях и колдунах, о которых слыхал от Аристотеля, что они хранят врачебные тайны, передаваемые из рода
в род.
В деревне Полковичах, когда шайка
остановилась для отдыха, Антоний собрал крестьян у корчмы, вышел к ним с речью подобною произнесенной
в Новоселье, но исправленною и дополненною следующими словами: «Ваш царь уже семь лет обманывает вас вольностью; французы уже
в Минске.